В церковном предании, приписывающем введение при христианском богослужении металлических колоколов Павлину, епископу испанскому (353 ? 431), рассказывается очень поэтическая легенда о том, что прототипом для них послужили полевые цветы -  колокольчики, мелодического шелеста которых заслушался однажды этот епископ. В сочинениях самого Павлина, однако, о колоколах вовсе не упоминается; в исторических памятниках Запада впервые говорится об устройстве колокола (при церквах Рима и Орлеана) лишь в VII в. Вероятнее предположение, что мысль об употреблении колоколов при богослужении возникла под влиянием колокольчиков (tintinnabulum), бывших в употреблении у римлян (и раньше, у египтян и евреев) для призыва домашней прислуги и рабов, для подачи сигналов в общественных собраниях и т. п. Во время гонений на христиан об употреблении колоколов не могло быть и речи; призыв к богослужению производился через особых лиц из низших клириков (называвшихся на Востоке лаосинактами народособирателями). Позже в монастырях призывали в храм возглашением перед дверями каждой келлии аллилуйя, а еще позже вошли в употребление в монастырях и приходских церквах била (см.). После Константина Великого вошли было в употребление для той же цели духовые инструменты ? трубы. В VIII в. Колокола на Западе были при церквах в общем употреблении, благодаря Карлу Великому. Делались они тогда из сплава меди и олова; позже к этим металлам стали прибавлять железо и даже серебро. Папа Иоанн XIV установил обычай "крещения" колокола, при котором каждому колоколу давалось имя какого-либо святого, что на Западе существует доселе, причем колоколу усвояется сила своим звоном прогонять бесов и даже болезни. На большом колоколе в Женеве значится надпись: Pestem fugo, pello daemones. На Востоке колокола появились в первый раз лишь в середине IX в., когда по просьбе императора Василия Македонянина (867?886 г.) венецианский дож Орсо прислал в Константинополь двенадцать колоколов для вновь сооруженной церкви. Это нововведение сначала не привилось на Востоке, который долго оставался при своих билах. Только со времени занятия Константинополя крестоносцами (1204) колокола вновь стали в нем появляться. Сначала колокола были очень небольшой величины. Когда, в XI в., при соборной церкви города Гильдесгейма был повешен колокол в 100 пудов, то он всем казался чудом. В Россию колокола перешли не из Византии, а с Запада, на что указывает уже их русское название (от нем. Glocke, древнее Clocke). Первое упоминание о них в летописях относится к 988 г. В Новгороде колокола появились при церквах в самом начале XI в. В домонгольский период существовали уже при Десятинной и Ирининской церквах в Киеве, во Владимире на Клязьме (около 1170 г.), в Новгороде Северском, в Полоцке. Колокола русские были также сначала небольшой величины: когда архиепископ новгородский Макарий, в 1530 г., соорудил для софийской церкви колокола в 250 пудов, то летописец замечает, что "такого николиже не бывало". Сами русские стали лить колокола впервые в Киеве, в середине XIII в.; после татарского ига они снова привозились из-за границы, по крайней мере, в Русь северо-восточную. С XVIII столетия колокола стали делаться в России, местными средствами, хотя иногда и иностранными мастерами. От процентного содержания различных металлов зависит степень звучности и его тембр. В недавнее время (в 1889 г.) сооружен в Харькове колокол из чистого серебра (с необходимой лигатурой), единственный, кажется, в целом мире (см. Звон). Прежде, чем быть помещенным на колокольню, каждый колокол освящается архиереем или священником по особому чинопоследованию, помещаемому в "Большом требнике" (См. Звон колокольный). В настоящее время колокололитейным делом в России занято 25 заводов, с ежегодным производством в 923000 руб. На Западе лучшими колокольными заводами славятся Голландия и Бреславль, а у нас Москва, Ярославль, Воронеж, Валдай, Кострома, и Енисейск.


Московские колокола известны чистотой и силой звука. По форме, различной как в главном контуре, так и в частностях, колокола бывают трех главных типов: русского, западноевропейского и китайского. Самая главная и общеупотребительная форма нашего колокола, в котором поперечник основания (или диаметр отверстия) равен высоте его с ушами, составляющими, в свою очередь, седьмую часть высоты и изготовляющимися в зависимости от величины колокола, с двумя или четырьмя отверстиями. Поперечник верхнего пояса, при начале надписей или украшений, составляет около двух третей поперечника в краях. В западноевропейских колоколах поперечник сравнительно больше, чем в наших колоколах, а высота меньше около 7/8 основания. Резкое отличие их ? уши, отливаемые в виде кольца для более удобного раскачивания колокола. Звук их резкий и сильный, но короткий, наших же  не резкий, но продолжительный. Форма китайских колоколов, схожих отчасти с индийскими и японскими, отличается большой сжатостью снизу: поперечник основания немного более поперечника верхнего пояса и почти вдвое меньше высоты. Другое отличие их ? полукруглые или острые городки, украшающие края их. Китайские колокола некрасивы, звук их глух и непродолжителен.


Замечательные колокола России. Уже исстари Россия славилась своими колоколами. До Петра в одной Москве колоколов было так много, что только из лишних в зиму 1700 г. отлили 100 больших и 143 малых пушек, 12 мортир и 13 гаубиц. Колокола свыше 1000 пудов находятся при многих монастырях. Древнейший и огромнейший колокол в Москве "Царь Колокол", переливавшийся несколько раз, начиная с XVI в., и весящий 12327 пудов. При Елизавете Петровне, в 1760 г., отлит колокол в 3351 пуд, разбившийся в 1812 г. Взамен его в 1817 г. отлит новый в 4000 пудов (большой успенский). Такого же веса колокола имеется и в Троице-Сергиевой лавре, отлитый в 1748 г. Два колокола замечательны по своему певучему звону: Саввино-Сторожевский в Звенигороде и Симоновский в Москве. Оба отлиты в XVII в. Совершенно особо от всех русских колоколов стоят знаменитые ростовские звоны: сысоевский, акимовский, егорьевский и два будничных, которые известны всей России и упоминаются во многих исторических и археологических памятниках. Всего колоколов в ростовской соборной церкви 13, и 9 из них именные: наиболее старинные и крупные ? "Сысой" и "Полиелейный", оба в 2000 пудов.


Второе место по богатству колокола занимает Англия, где звонить в колокола ? любимое народное увеселение. Там есть даже общества любителей колоколов, общества звонарей. Но благодаря исчезновению монастырей, число колоколов стало уменьшаться. Известные по всей Англии колокол: "Большой Том" на Christ-Church-College в Оксфорде (425 пудов) и "Великий Петр" в йоркском соборе (602 пуда). Во Франции самый старинный и большой колокол "Бурдон", в соборе Парижской Богоматери (800 пудов). Италия. Рим имеет лучшие К.: в соборе св. Петра (835 пудов), на Капитолии (534 пуда) и др. В Германии сохранились колокол от древнейшего времени. Самый древний ? 1144 г. в Иггенсбахе, в Нижней Баварии; затем 2 К. ? XIII в., 6 ? XIV в., 8 ? XV в. и т. д. Самый большой колокол ? в кельнском соборе (Kaiserglocke, 1600 пудов). В Австрии известен своими размерами колокол на башне церкви св. Стефана в Вене (989 пудов). В Швеции есть оригинальные по материалу колокол из стекла (в Упсале), издающие превосходный звук. В средневековых легендах Западной Европы рассказы о колоколах занимают немалое место – звон колокола является в них молящим, радостным, гневным; сами колокола любят свои места, неохотно покидают церковь, именем покровителя которой они освящены; звонят сами без участия людей, что обыкновенно считалось предвестием бедствия.


Колокола (campana, итал., cloches, фр., Glocke,  нем.) средних размеров и колокольчики включены уже давно в разряд ударных музыкальных инструментов, имеющих определенную звучность. Колокола бывают различных величин и всех строев. Чем колокол больше, тем ниже его строй. Каждый колокол издает только один звук. Партия колоколов средних размеров пишется в басовом ключе, для колоколов малых размеров в скрипичном. Колокола средних размеров звучат октавой выше написанных нот. Набор колокола средних размеров имеет следующий объем:


Применение колоколов более низкого строя невозможно, вследствие их размеров и веса, которые препятствовали бы их помещению на сцене или эстраде, так как для звука до в первой октаве потребовался бы колокол весом в 2862 кг, а для звука на октаву ниже колокола церкви св. Павла в Лондоне, весом в 22900 кг. О более низких звуках и говорить нечего. Они потребовали бы новгородского колокола (31000 кг), московского (70500 кг) или Царь-Колокола (350800 кг). В 4-м акте оперы "Гугеноты" Мейербер применил для набата наиболее низкие из употребительных колоколов, издающих звуки фа в 1-й октаве и до во 2-й. Колокола применяются в оркестрах симфоническом и оперном ради особых эффектов, связанных с сюжетом.